У серце — без скальпеля

К сердцу без скальпеля

Высокие медицинские технологии продлевают людям жизнь, но и у них есть противопоказания и побочные эффекты. В каждом конкретном случае врачам приходится просчитывать риски и принимать обоснованное решение, как лечить пациента. Теперь в России появился шанс выздоровления у тех людей с пороками сердца, которым раньше отказывали в искусственном клапане, обрекая на постепенное угасание.

Человеку 70 лет, его мучают одышка и боли в области сердца, он уже не может самостоятельно передвигаться, ему ставят диагноз «кальцинированный стеноз аорты» и не назначают лечения. Потому что помочь ему может только установка искусственного клапана в сердце. Но для этого нужна большая операция на открытом сердце, с остановкой сердцебиения и подключением к аппарату искусственного кровообращения, которую пожилой человек со множеством сопутствующих заболеваний может просто не вынести. Поэтому такие больные оставались без помощи, и фактически этот порок сердца сокращал им жизнь на 10-20-30 лет.

Как лечат стенозы

Стеноз аорты — это дефект сердца, при котором перестает нормально функционировать аортальный клапан, его створки практически не двигаются и, как следствие, резко затрудняется выброс крови из левого желудочка. Ревматический порок сердца у молодых лечится уже на протяжении нескольких десятков лет — в ходе операции на открытом сердце устанавливают искусственный клапан. Как говорит академик Лео Бокерия: «У нас есть пациенты, которые живут с такими клапанами уже 45 лет».

Искусственный клапан

Много лет существуют механические клапаны. Они не требуют замены, не изнашиваются, но требуют постоянного приема пациентом препаратов, снижающих свертываемость крови (антикоагулянтов). Но академик Лео Антонович Бокерия уверен: «При доведении их до совершенства можно решить почти полностью проблемы антикоагулянтной терапии».

В последние десятилетия ведутся разработки клапанов нового поколения. Это биологические клапаны (из тканей животных или человека), и их достоинство в том, что они поддаются сжатию до миллиметровых размеров. В сжатом состоянии их можно посредством специального катетера подвести по сосудам к сердцу. После чего под наблюдением ангиографического устройства установить клапан в правильную позицию. Недостаток биологического клапана в том, что со временем он деградирует. Срок его работы определяется в среднем десять лет, а потом требуется замена.

Разработки первых биологических клапанов сердца были представлены в 2000 году, и на сегодня они существуют двух видов. Клапан представляет собой створки из биологического материала, вставленные в каркас нитинолового стента. Нитинол — это сплав титана и никеля, который обладает памятью формы. Его сжимают при низкой температуре, и, попав в кровь, температура которой 38 градусов, он моментально принимает прежний вид. Такие клапаны уже установлены у 6 тысяч человек в 23 странах.

Протезирование без скальпеля

Семь лет назад врачи начали протезировать клапаны легочной артерии эндоваскулярным методом. В основном эта операция делалась больным с тетрадой Фалло, при которой стеноз клапана при выходе из правого желудочка также требует постановки искусственного клапана. Итак, четыре года назад кардиологи оценили результаты как хорошие и приступили к протезированию следующего, аортального, клапана сердца.

Через верхушку сердца. Первая операция по установке аортального клапана нового типа была произведена в Бакулевском центре в мае 2009 года. Пациенту делали небольшой, 2-2,5 см, разрез на грудине, потом хирурги вводили через верхушку сердца катетер со сжатым клапаном. Пройдя через камеры сердца, катетер подводили к аорте. После этого клапан раскрывали, он принимал нужную форму и начинал работать, восстанавливая кровоток. На сегодняшний день, спустя полгода после первой подобной операции, врачи и пациенты остаются довольны результатами.

Через бедренную артерию. В ноябре в Центре Бакулева провели первую серию эндоваскулярной, то есть осуществленной благодаря доступу через сосуды, установки аортального клапана. На этот раз катетер вводят через прокол бедренной артерии, подходят к аорте, определяют правильную позицию и дают клапану раскрыться. Через месяц стент облитерируется, то есть покрывается тканями организма, и увидеть его можно будет только на рентгене.

Риски

Как и при любой другой операции, они есть. Составляют, по оценкам врачей, 5% — то есть примерно пять пациентов из ста старшего возраста могут не перенести операцию по эндоваскулярному протезированию аортального клапана. 5% против 100% обреченности на скорое и мучительное угасание. Есть риски непринятия организмом чужеродного клапана, поэтому даже к таким операциям есть свои противопоказания. Есть риск и того, что через несколько лет биологический клапан покроется солями кальция и перестанет нормально функционировать — превратится в повторный стеноз. Тогда пациенту установят новый клапан.

Перспективы — хоть до 100 лет

После протезирования клапана у пациента сразу улучшается качество жизни, уходит симптоматика болезни. Он становится активным и подвижным. И может прожить еще 30 лет, причем качественных — активно работая и имея возможность себя обслуживать. Именно качество жизни пациентов после операции делает данное лечение социально значимым. Российские пенсионеры имеют право на полноценную медицинскую помощь, и они не должны слышать в свой адрес на приеме врача: «А что вы хотите в вашем возрасте?»

Как говорит кардиохирург, академик РАМН Лео Антонович Бокерия: «Сейчас в России 60 тысяч пациентов нуждаются в протезировании клапанов сердца. Из них 35-38 тысяч — в протезировании аортальных клапанов. На сегодня сделано всего порядка 12 тысяч операций на клапанах, а аортальных чуть более 4 тысяч».

Стоимость новшества

В Центре сердечно-сосудистой хирургии им. А. Н.Бакулева на правах клинических испытаний прошла первая серия абсолютно бесплатных для пациентов операций. Оценка результатов позволит кардиологам просить у государства поддержки проведения таких операций. Высокая технология стоит дорого — зарубежные разработчики оценили такую операцию в 45 тысяч долларов. Плюс к операции нужны: специально оборудованная операционная с ангиографической установкой, компьютерным томографом, шприц-инъектором для проведения нескольких серий контрастных диагностик, аппаратура для проведения эхографии пищевода. Без государственной поддержки такая медицина не станет доступной, снизить же затраты вполне возможно.

Своими силами

Лео Антонович Бокерия, как руководитель Центра им. Бакулева, видит возможность минимизации расходов в том, чтобы использовать свои ресурсы. В частности, не закупать биологические клапаны, а только лишь стенты и катетеры. Запустить производство собственных клапанов, ведь это существенно продвинуло бы ситуацию вперед: «В нашем институте делают прекрасные биологические клапаны на протяжении уже 40 лет. Каждый год мы устанавливаем около 150 своих клапанов».

И все-таки врачи в ближайшем будущем видят приоритет механических клапанов, устанавливаемых на открытом сердце, но требующих постоянного приема антикоагулянтов. А биологические, устанавливаемые эндоваскулярным методом, будут показаны женщинам детородного возраста, людям с сопутствующими заболеваниями и старше 60 лет.

Сложнейшую операцию на сердце сделали без скальпеля и перед телекамерами

Холод вместо скальпеля, чтобы победить мерцательную аритмию. Перед объективом камер хирурги Научно-медицинского центра имени Бакулева впервые проводили операцию, которую некоторые считают более сложной, чем пересадка сердца.

Хирург Лео Бокерия готовится оперировать перед телекамерами. Впервые разрешили снимать от начала до конца сложнейшую операцию на открытом сердце. Вместо скальпеля – глубокая заморозка.

“Она исключает многочисленные разрезы. Мы просто пользуемся так называемым методом “крио”, который охлаждает вместо разреза – и таким образом вы завершаете операцию”, – объясняет директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева РАМН Лео Бокерия.

Лео Бокерия позвал журналистов, потому что уверен: операции на сердце в его центре делают лучше, чем в любой другой клинике, в том числе и за рубежом. К нему привозят множество больных, которых уже оперировали, но болезнь возвращалась снова. Люди тратят огромные деньги, продают квартиры, чтобы поехать за рубеж. Тогда как у нас такую операцию сделают за счет государственного бюджета. На такую, как сегодня, выделяется 204 тысячи рублей.

“В прошлом году 93% – бюджетные больные. Остальные больные – это спонсорские фонды и т.д. То есть крайне ограниченное количество людей платит сами за операцию”, – заявил директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева РАМН Лео Бокерия.

Мерцающая аритмия – под этим загадочным названием скрывается коварное заболевание, от которого в одной только России ежегодно умирает 250 тысяч человек. Сердце то начинает бешено биться, то вдруг замедляется. И если не вмешаться вовремя, человек умирает или остается инвалидом.

Метод диагностики и лечения мерцающей аритмии под названием “Лабиринт-3” оказался на столько сложным, что Лео Бокерия несколько лет бился на тем, чтобы его упростить и сделать доступным для других хирургов. Сегодня он показывает именно такой, упрощенный, но совсем не простой метод.

Операцию по устранению мерцающей аритмии врачи называют “самой сложной в медицине” – сложнее даже, чем пересадка сердца. Чаще всего больным предлагают вылечить мерцающую аритмию с помощью бескровной катетерной операции – через надрез на бедре.

В соседней операционный ее проводит академик Ревишвили. Но он предупреждает, что делать ее можно только на начальной стадии болезни, когда еще не повреждены сердечные клапаны. И нужна очень точная диагностика. А это в случае мерцающей аритмии самое сложное. Метод диагностики Ревишвили на сегодняшний день уникальный.

“Это пояс, который мы надеваем на пациента до операции. Пояс из 250 электродов. И с поверхности тела в течение нескольких часов мы снимаем потенциалы сердца – как обычную кардиограмму. По специальной программе строится анатомическая структура предсердия, откуда эта аритмия возникает. Эта технология позволяет выявить эти источники, нанести туда необходимое воздействие и таким образом восстановить правильный ритм”, – рассказал об операции заведующий отделением хирургического лечения тахиаритмий Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева Амиран Ревишвили.

Один из пациентов доктора Ревишвили скоро выписывается домой. Николай Свешников несколько дней назад собирался на охоту, а оказался на операционном столе. Этот больной домой уйдет уже через 3 дня и на своих ногах. Через неделю он вернется к обычной жизни, потому что вовремя обратился к врачу.

Кардиоревматологическое отделение

Сердце в ладони или к сердцу без скальпеля?

Почти 80 лет назад в мире впервые проведена первая хирургическая операция на сердце. В нашей области кардиохирургические коррекции детям не проводятся, т.к. у нас в стране есть совсем немного медицинских учреждений, которые могут успешно заниматься маленькими пациентами. И если в Липецкой области в настоящее время насчитывается почти 6,5 тысяч детей и подростков с врожденными и приобретенными заболеваниями сердца, то более половина из них – это дети с врожденными порками сердца.

Доля детей с заболеваниями сердца и сосудов в нашей области невелика- 2% от всех заболевших в течение года. Но врожденные пороки сердца являются достаточно частой патологией в детском возрасте –более 3 тысяч детей и подростков проживают в Липецкой области. По статистике частота встречаемости врожденного порока сердца 10 – 12 случаев на 1000 новорожденных младенцев. Во всей структуре врожденных пороков сердца дети с крайне тяжелыми формами, которые нуждаются в экстренной помощи, занимают от 10 до 25%. Это дети с так называемыми критическими пороками сердца. Бывает, что новорожденные младенцы уже через несколько часов после родов, иногда в довольно тяжелом состоянии нуждается в оперативном лечении. Тогда младенец в срочном порядке, в сопровождении реаниматологов Областной детской больницы переводится в крупный кардиохирургический центр, как правило в Научный Центр Сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н.Бакулева. Конечно же, хирургическое лечение в этот момент составляет большой риск.

Хирург не сразу хватается за скальпель, для детского кардиолога очень важно понять – в каком состоянии ребенок, чем мы можем помочь ему медикаментозно, как стабилизировать, а уж дальше включать кардиохирургические технологии. Это командная работа: неонатологи, педиатры, хирурги, детские кардиологи, реаниматологи – это специалисты, обладающие комплексным профессиональным знанием.

Для подбора детей на оперативное лечение, для осмотра детей после проведенной хирургической коррекции ВПС, для определения сроков оперативного вмешательства у детей, а так же для уточнения топики ВПС в диагностических случаях с 2003 г. на базе Областной детской больницы г. Липецка практически ежегодно проводятся выездные консультации кардиохирургов НЦ ССХ им. Бакулева.

Консультации проводятся бригадой кардиохирургов Научного Центра Сердечно-Сосудистой хирургии им. Бакулева в составе: кардиохирурга, заведующего отделением хирургического и эндоваскулярного лечения легочной гипертензии НЦ ССХ им. Бакулева, профессора Горбачевского Сергея Валерьевича, врача-ультросонолога. Каждому ребенку на приеме делают дополнительное эхо-кардиографическое обследование. Одновременно проводятся короткие консилиумы.

В 2017 году впервые проведение ЭХО-кардиографии осуществлено зав.отделением функциональной диагностики ОДБ к.м.н. Брюховец Т.В. Кроме того, консультированы пациенты областной клинической больницы №1. Так же 11.мая 2017 года состоялось общество кардиологов совместно с пульмонологами области, на котором выступил ведущий специалист в области хирургического лечения легочной гипертензии, профессор кафедры ССХ ГБОУ РМАПО, руководитель секции легочной гипертензии при Ассоциации сердечно-сосудистых хирургов, профессор, д.м.н. С.В. Горбачевский.

11 и 12 мая 2017 года на базе ГУЗ «ОДБ» состоялась очередная консультация специалистов Научно-Исследовательского Медицинского Центра Сердечно-Сосудистой Хирургии им. А.Н.Бакулева. Осмотрено 129 ребенка. На оперативное лечение и обследование в НЦ ССХ им. А.Н. Бакулева отобрано 39 пациентов. 34 ребенка имеют сложные пороки сердца и нуждаются в оперативном лечении с использованием аппарата искусственного кровообращения в счет квот Липецкой области, 5 пациентов будут сначала обследованы в НМИЦ ССХ им. А.Н. Бакулева с дальнейшим определением тактики лечения.

В сентябре 2017 года на базе Областной детской больницы мы впервые организовали консультацию выездных бригад кардиохирургов «Национального Медицинского Исследовательского Центра Трансплантологии и Искусственных органов им. В.И.Шумакова» осмотрено 68 пациентов (16 отобраны на оперативное лечение или обследование в условиях Центра), а в октябре консультацию кардиохирургов Федерального Центра Сердечно-Сосудистой Хирургии г. Пенза (осмотрено 62 малыша, из них 31 на оперативное лечение).

Данные консультации позволили приблизить кардиохирургическую помощь детям Липецкой области, что особенно важно для младенцев грудного возраста, т.к. исключается трудоемкая транспортировка в кардиохирургические центры и для тяжелых, порой нетранспортабельных пациентов с различными вариантами аномалии сердца и сосудов.

В настоящее время у нас в области существует 3 источника финансирования, ведь не секрет, что операции на сердце сегодня стоят очень дорого, также дорого стоит процесс выхаживания ребенка после операции. Первый – это государственная программа по обеспечению высокотехнологичной медицинской помощи (ВМП) – это своего рода «госзаказ», и в нашей области, например, по нему проходит около 70 операций в год у детей. Второй источник финансирования – это ОМС-полисы (Обязательного Медицинского Страхования), где государство по своим тарифам выделяет на лечение некую сумму. Третий источник – это, скажем так, частные инвестиции. Длительно мы сотрудничаем с Липецким отделением Детского Фонда, фонд «Дар Жизни», фонд «Линия жизни», недавно мы вышли на Фонд «Детские сердца». Это фонды с хорошим послужным списком, они содействуют в том случае, когда хирурги не укладываются в рамки государственного финансирования. Иногда квота не покрывает использование в процессе операции имплантатов, которые позволяют провести наименее травматичные закрытые, эндоваскулярные, операции. Эндоваскулярные операции позволяют устранить дефект сердца с помощью рентгенохирургической техники. Вместо ушивания дефекта в него вводят специальное устройство в виде зонтика – окклюдер, который проводят через бедренную артерию. После такой операции у ребенка остается практически незаметный шрам буквально 1– 2 см, который со временем исчезает. Закрытие дефекта таким «безоперационным» способом не всегда возможно и требует определенных условий: возраста ребенка, анатомического расположения дефекта. Поэтому только опытный кардиохирург совместно с эхо-кардиографистом (ультрасонологом) могут определить метод коррекции ВПС.

В основном проведение эндоваскулярных операции, т.е. операции не на «открытом сердце», а малоинвазивно, без использования искусственного кровообращения и длительного наркоза после наших консультаций проводятся в США при поддержке фонда «Дар Жизни». За десять лет сотрудничества по программе «Дар жизни» в США прооперировано 35 пациентов (шесть пациентов планируются в 2017 г).

Сами эндоваскулярные операции не являются срочными, процедура длиться 1,5-2 часа, но требуют индивидуально подобранного дорогостоящего устройства. Отечественных устройств для таких операций нет. И если ребенку можно помочь малоинвазивным путем, то эту возможность надо использовать, здесь нам помогают благотворительные фонды. В этом году впервые мы вышли на фонд «Детские Сердца», который поможет провести данные операции в России.

24 мая 2017 года в Областной Детской Больнице г. Липецка впервые состоялся визит профессора из Словении Павла Гаворы, который является одним из основоположников метода эндоваскулярных операций и практикует этот метод с 1995 года. Профессор самостоятельно проводил эхо-кардиографическое обследование 23 детям и 4 из них подтвердил показания для эндоваскулярной коррекции, двум детям коррекция будет проведена в течение ближайшего времени в «Детской Республиканской Клинической Больнице» г. Казани, где есть прекрасные возможности для проведения рентгенохирургических операций. Встреча с признанным мировым профессионалом проведена в виде мастер-класса, что позволило детским кардиологам приобрести бесценный опыт и возможность повысить собственную квалификацию и завершилась лекцией о показаниях и эхо-кардиографических особенностях при отборе детей на малоинвазивные манипуляции.

Кроме хирургической коррекции ВПС, в последние годы кардиохирургами успешно проводится эндоваскулярные операции при аритмиях как у взрослых, так и у детей. С 2012 года в составе выездных бригад из НЦ ССХ им. Бакулева выезжает кардиохирург- аритмолог отделения ОРХЛИП. Ежегодно отбираются от 4 до 8 детей на малоинвазивную коррекцию тяжелых, зачастую жизнеугрожаемых нарушений ритма.

Итогом всех консультаций могу отметить следующее.

Всего за 14 лет сотрудничества проведено 13 выездных консультаций кардиохирургов, осмотрено около 2400 пациентов разных возрастных групп и категорий сложности пороков сердца. Только в 2017 году кардиохирургами консутировано 260 детей (примерно15% всех детей с ВПС, проживающих в области)

В настоящее время личные затраты пациента сведены к минимальным: оперативные вмешательства проводятся за счет квот области, за счет областного бюджета, за счет благотворительных фондов. Будьте бдительны в отношении мошенников, которые просят «деньги на операцию больному ребенку».

Считается, что врожденный порок сердца – это порок, который навсегда. Есть доля врожденных аномалий внутрисердечных структур, которые позволяют пациенту в дальнейшей жизни не иметь никаких проблем. К счастью, многие наши пациенты имеют достаточно «простые» пороки сердца и в дальнейшем не сталкиваются с хирургическими технологиями.

Почти 90% людей, имевших сложные пороки сердца, нуждаются в пожизненном тщательном уходе, наблюдении и вообще особых условиях жизни. За ними постоянно должны следить кардиологи, необязательно хирурги. Для этого нужен постоянный мониторинг и взаимодействие специалистов разного профиля – педиатров, детских кардиологов, аритмологов и даже ультрасонологов. Это большая и комплексная проблема. Конечно, она требует больших инвестиций и самое главное – знаний.

Главный специалист по детской кардиологии Мячина Т.Н.

Шунтирование без шунтирования

В последнее время все чаще и больше говорят о достижениях сердечно-сосудистой хирургии, о том, как с помощью уникальных методик спасают ранее не излечимых пациентов. Так, что, будущее за скальпелем в лечении самых распространенных во всем мире недугов? Об этом наш обозреватель беседует с академиком РАМН Юрием Бузиашвили.

Российская газета: Достижения современной сердечно-сосудистой хирургии бесспорны. Особенно за рубежом. Не случайно многие российские пациенты, имеющие возможность лечиться за пределами страны, так стремятся попасть в клиники Германии, Израиля, США. Однако, насколько мне известно, именно на Западе все чаще попытки уходить от скальпеля. Знаю, что и наши именитые хирурги любят повторять: самая лучшая операция та, которую можно избежать.

Юрий Бузиашвили: Фаворитами хирургического лечения сердечно-сосудистых заболеваний по праву считаются США. Именно там зародился этот вид лечения, там разработаны и разрабатываются новейшие методы оперативного лечения больных. Реально около двух миллионов американцев каждый год проходят через то или иное агрессивное, точнее, хирургическое вмешательство с целью предотвратить развитие инфаркта миокарда и улучшить качество жизни. Все это так называемые открытые или и рентгенохирургические операции на сердце.

РГ: Это же огромные деньги! Даже для такой богатой страны, как США, это весьма накладно.

Бузиашвили: Согласен! Не забудем, что Штаты тратят на службу здоровья 15 процентов из госбюджета. Но и там, как, впрочем, и во всех странах, врачи стремятся уйти от таких методик, стремятся к тому, чтобы с помощью минимальной агрессии получить максимальный для пациента эффект. В США метод аортокоронарного шунтирования используется широко. Он доступен всем нуждающимся в нем. Однако и в США, и в других странах все настойчивее параллельно этому ищут пути неинвазивного лечения. В Штатах разработана специальная программа “шунтирование без шунтирования”.

Бузиашвили: Ведь что такое операция по шунтированию? Это создание дублера пораженной коронарной артерии. Метод неинвазивной контрпульсации позволяет сделать подобное без вскрытия грудной клетки, без операции. Рентгенохирургия, неинвазивное (бескровное) лечение самого массового заболевания человечества – атеросклероза и его осложнения, ишемической болезни сердца, должны войти в практику службы здоровья. Если будущее медицины – генетика и молекулярная биология, то день сегодняшний – дифференциальная диагностика, которая, грубо говоря, сосредоточена в голове кардиолога. Поясню. Хирург не может идти на операцию без заключения, которое даст терапевт-кардиолог. А главное, далеко не всегда требуется именно операция на открытом сердце.

РГ: А что именно?

Бузиашвили: Да многое: закрытое рентгенохирургическое вмешательство, использование клеточных технологий, ударно-волновая терапия, неинвазивная контрпульсация на фоне оптимальной медикаментозной терапии. Что выбрать, решает именно терапевт-кардиолог.

РГ: Юрий Иосифович! Не исключено, то, что вы сейчас говорите, совершенно неведомо многим врачам в российской глубинке, да и не только в глубинке. Потому сразу спрошу: эти методы могут, если не сию минуту, то хотя бы в ближайшее время, войти в практику нашего здравоохранения?

Бузиашвили: В том-то и дело, что пока мы не можем похвастать тем, что такая медицина доступна всем нуждающимся россиянам. Но. И это я хочу особенно подчеркнуть: никогда ранее государство не уделяло такого внимания медицине и не субсидировало ее так щедро. И сейчас главное – разумно распорядиться предоставленными возможностями. Буду говорить только о том, что касается именно моей специальности, то есть кардиологии. Известно, что на первом месте в России, как и во всем мире, пациенты, страдающие сердечно-сосудистыми недугами. Всем провести операции на открытом сердце или рентгенохирургические? Согласитесь, это нереально. Да и не нужно. Нужно совершенно другое, что и пользы принесет больше, и денег заберет куда меньше. К тому же снимет социальную напряженность в обществе, вызванную огромным количеством – от 13 до 16 миллионов больных, страдающих болезнями сердца и сосудов. Они не только болеют сами, они еще требуют постоянного ухода, присмотра близких, занимают подолгу койки в стационарах, нередко становятся пожизненными инвалидами. К тому же это в основном люди трудоспособного возраста, высококвалифицированные специалисты.

РГ: То, о чем вы говорите, нашло отражение в Концепции развития здравоохранения до 2020 года, которая сейчас обсуждается? То, что вы предлагаете, вписывается в эту программу?

Бузиашвили: Конечно! Там же особое внимание уделено здоровому образу жизни, современной профилактике, внедрению новых методов диагностики и лечения. А я об этом как раз и говорю. Что сейчас мешает нам оснастить первичное звено диагностики и лечения – поликлинику – новейшим оборудованием, создать условия для минимизации опасности, исходящей от ишемической болезни сердца? Только наша неорганизованность и инертность. Конечно, проще оставить все как есть, действовать так, как привыкли. Недоступна пациенту операция с помощью высоких технологий? Ну и пусть продолжает глотать валидол и пить корвалол? Весь мир давно от этого отказался, а мы вот никак. Преступно, бессердечно такое отношение к многомиллионной армии сердечных страдальцев.

РГ: Можете конкретно назвать, что необходимо сделать?

Бузиашвили: Могу. Метод неинвазивной контрпульсации, который может предотвратить развитие ишемической болезни сердца в его начальной стадии, требует установки в каждой поликлинике специального оборудования, которое сравнительно недорого и которое при желании можно приобрести за счет средств и федерального, и местного бюджетов. А обучение специалистов занимает не более недели и может быть организовано в нашем Центре сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева. Было бы только на это желание. Очень бы хотелось, чтобы оно появилось, так как, помимо прочего, это очень выгодно для страны.

Юрий Бузиашвили родился в 1954 году. Сын известного врача-невролога. Окончил Первый московский медицинский институт (ныне Московская медицинская академия) по специальности “лечебное дело”. Академик РАМН, автор более 600 работ в области терапии и кардиологии. С 1977 года работает в Научном центре сердечно-сосудистой хирургии имени А.Н. Бакулева. Дочь, Виктория, заканчивает тот же институт, что и отец.

«Операция без скальпеля» спасает жизни

В центре имени Бакулева в Москве в эти дни собрались мировые светила в области лечения заболеваний. Все они — участники конференции по рентгеноэндоваскулярной хирургии.

За сложным названием скрывается «операция без скальпеля» — самый эффективный на сегодня и наименее травматичный вид лечения сердечно- сосудистых заболеваний.

После такой процедуры, которую и операцией назвать сложно, пациента выписывают из больницы уже через пару дней. Говоря современным языком, это такой в лечении сердца и сосудов.

Однако проблема применения этого метода не только в его дороговизне, но и в том, что овладеть им по учебникам или лекциям нельзя. Как говорят сами хирурги, здесь важно видеть глазами, ведь это — мастерство рук.

Корреспондент НТВ Владислав Сорокин побывал на в операционной.

Как операция это не выглядит вовсе. Но еще совсем недавно о таком можно было только мечтать.

Баграт Алекян, председатель Российского научного общества эндоваскулярных хирургов: «Между двумя полостями сердца была дырочка», — рассказывает врач.

Дырочка, это еще мягко сказано — несколько сантиметров в диаметре. Раньше, чтобы исправить врожденный дефект, требовалась многочасовая операция, вскрывали грудную клетку, останавливали сердце, разрезали его, зашивали, потом реанимировали.

«Так называемая заплатка, чем мы закрываем дырочку», — комментирует ход операции врач.

Сейчас нужно просто поставить заплатку, и трудность только, как доставить ее в нужное место. Оказывается, можно по артерии, они все ведут к сердцу. Вот зонд и идет по ним, как по трубам.

«И начинаем двигать аклюдер в сторону предсердия. Мы сейчас подошли к левому предсердию», — продолжает доктор.

Через минуту отверстие в сердце, что мешало жить Саше, стараниями хирургов закроется навсегда.

Баграт Алекян: «Мы выписываем на второй день после операции. Потому что здесь никакого разреза нет, маленькое отверстие остается в области бедренной артерии, и все».

У академика Алекяна это уже третья операция сегодня. За его руками в режиме онлайн следят именитые кардиохирурги. На конференцию в Центр Бакулева они за этим и приехали, обменяться опытом.

Для российских врачей это еще и способ повысить свою квалификацию. Наши доктора, конечно, не хуже, но опыта у них поменьше, чем у западных коллег. Технологии эндоваскулярной хирургии пришли в Россию года на два попозже по сравнению с той же Европой.

Поэтому некоторые операции, которые проводили сегодня американские хирурги здесь, в Центре Бакулева, получились в своем роде .

Четырехлетняя Амалия недавно перенесла тяжелую операцию на открытом сердце. Оперировать еще раз старым способом нельзя, организм слишком ослаб.

«Так, дайте мне правый коронарный катетер и вот эту картинку остановите. Потом перебросьте ее на монитор», — обращается медик к подопечным.

Все так же, через отверстие в ноге Зияд и Джон ведут к сердцу маленькие баллоны, чтобы расширить легочные артерии, в легкие ребенку поступало очень мало крови.

Раньше за Амалию не взялся бы ни один хирург, шансов на успех почти не было. Для России уникальная операция, на Западе только так сейчас и стараются лечить.

Зияд Хиязи, профессор Чикагского университета: «Это была очень сложная операция, мы такие у себя делаем, ну, может, раз в три месяца, а просто порок сердца без открытого вмешательства, да каждый день лечим».

Все дело в деньгах. Одна такая заплатка стоит от двух тысяч долларов, и медицинская страховка эти расходы не покрывает, а значит только за свои. Здоровье маленькой Мирославы оценили в 180 тысяч рублей.

Виктория, мама Мирославы: «Деньги были отложены совсем на другое. Если бы не было, то я не знаю, как искали бы. Нам предложили сделать операцию на открытом сердце бесплатно? Шесть часов наркоза, остановка сердца. У нас девочка, и как это на открытом сердце? Я думаю, что это совсем нам ни к чему».

Выход, по мнению экспертов, один — развивать негосударственное страхование, как на Западе. Там фактически каждый, кто работает и платит налоги, может позволить себе и новейшие способы лечения.

Источники:

http://www.1tv.ru/news/2013-06-10/68472-slozhneyshuyu_operatsiyu_na_serdtse_sdelali_bez_skalpelya_i_pered_telekamerami

http://guz-odb.ru/otdeleniya/kardiorevmatologicheskoe-otdelenie/stati/1170-serdtse-v-ladoni-ili-k-serdtsu-bez-skalpelya

http://rg.ru/2009/02/05/serdce.html

http://www.ntv.ru/video/110748/

http://simptomer.ru/bolezni/serdtse-i-sosudy/2316-levozheludochkovaya-nedostatochnost-simptomy

Ссылка на основную публикацию